Author: Asus-ПК

Её история закончилась, когда Сыну Божьему уже должен был миновать тысяча сто восьмой день рождения. Закончилась в её собственной хибарке в разгар испанского лета с его тёплыми облачными волнами, льющими топкую лазурь неба за горизонт, пылающий кострами свирепствующей инквизиции. Её пряно-рыжие волосы колосились пухлой тучей, щерились медными копьями, похожими на те, которые в отблесках священного огня кроваво сверкают на руках у воинов Римско-католической церкви. Горячие локоны её вплетались в струи кислого дыма, пока нехитрые пожитки – серые лохматые простыни, просмоленный туалетный ушат с расколотым боком и охапки ивовых прутьев для плетения квадратных дровяных корзинок (к сезону ярмарочных торгов, если кого интересует; там цены обыкновенно ниже рыночных, поэтому и покупают с большей охотой) – гибли в сотнях арроб* жгучей огненной массы. Мир оседал в землю; всё, что она слышала, опять сводилось к несправедливым и неразумным обвинениям в краже адского пламени**, пропетым гнусавым рыцарем с матовым блеском в прищуре глаз. Он был на торгах и в прошлый раз, но её корзинки его не заинтересовали. Впрочем, по некоторым сложным, странным и совершенно неуравновешенным причинам, подсветившим изнутри его землисто-серые зрачки,  он обернулся тогда. Корзинку девушка ему подарила, конечно, и он немедленно уколол подушечку пальца о ссохшийся шарик на конце высунувшейся из плетения хворостинки – она таких беглянок, малообтёсанных и остро пахнущих сорнячной горчинкой,  обжигала чуть-чуть, чтобы ветви дольше держали надлежащую форму и объём, а он, глупый, укололся. Сейчас он тоже глупый, просто потому что оказался крестоносцем без сердца, без чести, без совести – обыкновенная, пошлая история***; денег на той подаренной корзинке она бы и так, впрочем, не заработала, и, сгорая, она силится  заглянуть с последним вопросом в эти бесстыдные скучные глазки, плохо и лениво сверкающие о ком-то и о чём-то, но не о ней и не о её проклятии – искренне женском, а значит торжественном и первобытно мучительном. 
Время юмористично, и хохмит над людской несостоятельностью – так оно испепелило имя необласканной плетельщицы и кровавый плавающий блеск в её косах; так, скромную тысячу лет спустя, сухие морщинистые ноги этой плетельщицы гнут мохнатые и занозистые ивовые половицы в будке, уснувшей на периферии Жилой Зоны, словно капля янтаря, единственно несущая скупое земное естество в своих павлиньих гранях, фосфоресцирующих, будто всё ещё горячий пух её волос, ныне – почти благостно седой, не обязывающий прыгать в высокую пахучую траву или рысачить**** наперегонки с ветром, обманывая калейдоскопами пейзажей своей молодильной бодрости наивное время, посмеивающееся в спину. Жилая Зона, даже являясь человеческой цитаделью на Глизе – 581 C, которую некогда называли Адской планетой, представляла собой место пусть и относительно герметичное, однако с высочайшим достоинством могла преподноситься и как одинокий плацдарм действующей колонии, если брать во внимание небо, отягчённое влагой разлитого вина, тернистую чернь здешних обрюзгших зарослей*****, а также изолированность от внешних условий, что и сделает общество однажды непригодным для развития морали – без конкуренции любой станет на путь деградации. 
Она здесь, и ей чудится, что она на войне, напивается и поёт. Она выходит из своей будки, чтобы нарубить ивы, но мир внезапно взрывается болью и шоком… 
Орбита Ада сместилась, говорят на следующий день по новостным передачам, вероятнее всего, из-за изменения гравитационного поля, произошедшего в результате неоднократного нарушения целостности атмосферы космическими кораблями с протухшей Земли, что привело к незначительным последствиям в виде смещения полюсов светлой, выжигающей стороны планеты на расстояние капли янтаря - никто не скажет чадящему порошку из её костей и плоти, что температурную нагрузку во время резких скачков в вакуумном пространстве колонизаторских кораблей помогла перенести ива, обладающая удивительными свойствами как материал, способный сохранить прохладу под своим бархатным куполом. Никто не поблагодарит её за то, что подарила, будучи униженной и оскорблённой, тупоумному рыцарю с матовым блеском между век квадратную дровяную корзинку из ивовых прутиков. Рыцарь никогда не признается несерьёзному времени, что сквозь смутную тысячу лет и тысячу грязей всё ещё жив, и что ива, девушка и огонь отдали ему орудие для Крестового похода на Ад.
Прах девушки не оставил волос – они превратились в пламя. Рыцарь был прав – она украла. Теперь же прогресс вернул людям старую добрую преисподнюю.
*Арроба – средневековая мера веса. В Испании  была равна 25 кастильским фунтам (11,5023 кг), в Португалии — 32 португальским фунтам (14,688 кг).
**В Средние века рыжеволосые люди подвергались гонениям со стороны церкви из-за того, что считалось, будто огненный цвет шевелюры указывает на то, что человек выкрал из Ада и спустил в земной мир пламя преисподней.    
***Использована перефразированная цитата из рассказа И. А. Бунина «Тёмные аллеи». 
****В данном слове мало правдоподобности, однако существует оно в действительности как синоним слов бегать, мчаться, путешествовать. 
*****Глизе- 581 С мы знаем как действительно существующую экзопланету - номинантку на колонизацию среди парада ещё некоторых потенциально безопасных небесных тел. Её характеристики («состояние заблокированного прилива», т.е. когда одна сторона планеты находится постоянно на свету, где этот свет человека мгновенно испепелит, другая – всегда в тени, где человек мгновенно оледенеет, а значит, жизнь возможна только на стыке «дня» и «ночи», здесь это называется «Жилая Зона»; красного цвета небо из-за смещения цветового спектра; чёрный цвет растительности из-за инфракрасного излучения фотосинтезирующих элементов и т.д.) помещены в данную работу и позиционируется автором (т.е. мною) как хронотоп.